Скандал в Артеке: так ли важна тайна усыновления?

Комиссия Минсемьямолодспорт, созданная для проверки информации относительно вероятного факта совершения преступления против детей в МДЦ "Артек", обращается ко всем политсилам, государственным инстанциям с призывом соблюдать законодательство в интересах детей и не нарушать действующие нормативные акты, которые запрещают разглашать информацию относительно детей, особенно в части разглашения тайны усыновления, что может нанести непоправимый вред психологическому и физическому состоянию детей.

Разглашение тайны усыновления — не единственная статья Уголовного кодекса, по которой можно было бы привлечь к уголовной ответственности лиц, поддавших огласке скандал вокруг детского лагеря "Артек". Существуют и другие нормы. Например, ст. 383 УК предусматривает уголовную ответственность за заведомо неправдивое уведомление о преступлении, а ст. 387 УК — за разглашение данных досудебного следствия или дознания без соответствующего разрешения на это.

Однако вряд ли стоит слишком строго судить действия Вадима Колесниченко и других политиков, поддавших огласке инцидент в Крыму, в том случае если растление детей таки имело место быть. Ведь без этих заявлений, без привлечения внимания общественности к этому факту, дело скорее всего было бы благополучно "спущено на тормозах", и виновные никогда не были бы наказаны. Косвенно, это подтверждают и слова Колесниченко о том, что уголовное дело по этому факту было возбуждено, но Ялтинская милиция его не расследовала.

Следует учитывать, что Украина, увы, пока не является правовым государством, и уголовные дела против высокопоставленных чиновников у нас возбуждаются только в том случае, если их противоправные деяния стают достоянием общественности. Последним примером тому может служить дело Лозинского: не будь общественной огласки, с депутата вряд ли бы даже сняли неприкосновенность.

Переживания Комиссии по поводу угрозы нанесения непоправимого вреда психологическому и физическому состоянию детей понятны (хотя никакие тайны усыновления в прессе пока вроде не звучали). Однако куда больший вред их психологическому и физическому состоянию могли бы нанести как раз факты неразглашения преступлений.