Сила несгибаемого намерения

Мексиканский индеец, маг Дон Хуан, который открыл для писателя Карлоса Кастанеды понятие "несгибаемое намерение", мог бы порадоваться, глядя на нас, граждан Украины.

Наше намерение не только несгибаемо — оно вечно. Согласитесь, мы несгибаемо и вечно намереваемся сделать следующее: преодолеть коррупцию, провести необходимые реформы и заставить политикум работать на общество. И хотя результат усилий просматривается не всегда, все же силу своих намерений мы демонстрируем ярко, повсеместно и всегда.

Итак, поговорим о коррупции. Можно сформулировать иначе: о нашей вечной борьбе с нею. Правда, это похоже на пресловутую борьбу полов (если таковая существует): вроде и борются друг с другом, и чего-то друг другу доказывают — а все же друг без друга жить не могут.

Я убеждена: многолетний успешный расцвет коррупции в стране обеспечивается, в первую очередь, ее же гражданами. Не только чиновниками и политиками, а именно всеми нами — гражданами, населением.

Обратимся к фольклору: "Не подмажешь — не поедешь", "Без бумажки ты букашка", "Рука руку моет", "Ты начальник — я дурак", включая народные прибаутки типа "Ленин велел делиться" и философские сентенции: "Все берут. А если не берут — значит мало предложил"; а также общепонятные выражения "учесть откат", "дать на лапу", "сунуть кому надо" (то же самое — "отблагодарить" и непосредственно — "Вы же понимаете, я в долгу не останусь").

Коррупция, как и монета, имеет две стороны — взяткобрателя и взяткодателя. И каждое из действующих лиц называется "взяточник" — грамматический строй слова абсолютно это подтверждает. Ведь "взяточник" означает — тот, кто имеет отношение к взятке. То есть оба — и взяткобратель, и взяткодатель.

Потому выходит, что бороться со взяточничеством тем способом, который принят — ловить только взяткобрателей — дело бессмысленное. Пока есть тот, кто готов дать на лапу — всегда будет и тот, кто готов брать в лапу.

Причем интересно отметить: наш человек, распространяя вокруг себя вирус взяточничества, при этом всячески его осуждает. То бишь — и взятку дает, и коррупцию клянет. Одновременно.

Разговор в коридоре поликлиники:

- Вы не знаете, сколько массажист берет?

- Чего именно берет?

- (приглушенням голосом) Ну денег же.

- А что, он берет деньги?

- Ну, вы как с Луны свалились. Вы что, в первый раз?

- Нет, уже пятый сеанс.

- (с круглыми глазами) И ничего не приносили?!

- Нет.

- (осуждающе) Ну так нельзя.

Разговор в коридоре детского садика:

- У них свободных мест для детей нет. (доверительно) Но если подойти к директору не с пустыми руками, ну, вы меня понимаете...

Иду к директору с пустыми руками, объясняю ситуацию, находим решение.

Разговор в коридоре паспортного стола:

- Да вы что! Вам ни за что не разрешат сдать документы на новый паспорт за другого человека. Только лично!

- Почему же? Я объясню, что мой отец заболел и не может прийти лично.

- Да ни за что! Разве что за... сами знаете за что (выразительно шевелит тремя пальцами, изображая деньги).

В паспортном столе все разрешили. Без денег.

Может, я в другой стране живу? Почему в коридорах присутственных мест наши граждане объясняют мне, что "все берут" и "все платят", а, заходя в кабинеты, я вижу совсем другую ситуацию?

Конечно, это частные случаи. Наверное, совсем другое положение в бизнесе — там, возможно, действительно "не подмажешь — не поедешь". Но опять же, не есть ли это такой же точно общественный миф, который ждет, чтоб его развеяли?

Разумеется, факты взяточничества есть, часть из них раскрывается, часть не раскрывается — но я о другом. Вот об этом старательном мифотворчестве населения, насаждающего представление о том, что ВСЕ берут, что ВСЕ платят, что У НАС совсем не так, как У НИХ, что ВСЕ политики только делят портфели, что ВСЕ менты козлы, и так далее. Обратим внимание: всюду обобщение, желание объединить многообразнейшие явления нашей огромной жизни в какую-то единственную формулу. Причем формула эта — негативная.

Что в итоге? Можем ли мы, руководствуясь такой формулой, преодолеть коррупцию? Да никогда. А, кстати, похоже, что МЫ и не собираемся сами ничего преодолевать. МЫ ожидаем, что за нас это сделают ОНИ. Они — вот эти самые чиновники, политики, функционеры, которые погрязли в коррупции, должны сами ее и преодолеть. Вы, читатель, в такое верите?

Сравнительный анализ общенациональных исследований за период 2007-2009 годов о состоянии коррупции в Украине, подготовленный "Менеджмент систем интернешнл" совместно с Киевским международным институтом социологии и обнародованный в СМИ, показывает, что украинцы не верят в желание руководства страны преодолеть коррупцию.

По этим данным, уже в 2008 году (по сравнению с 2007) произошло резкое сокращение — с 21,1% до 7,8% — уверенности в том, что Кабинет Министров желает преодолеть коррупцию в стране. В желании Президента Украины и его Секретариата преодолеть коррупцию верят только 7,3%, а парламента — лишь 5,7%.

Конечно, политическая воля руководства может во многом помочь в борьбе с коррупцией. Но, думается, определяет результат такой борьбы политическая воля самих граждан страны, гражданского общества.

Коррупция — серьезная информация к размышлению — в частности, к размышлению о том, в какое время она стала развиваться так бурно и беззастенчиво. Разумеется, подготовительный период приходится на наше общее лагерное прошлое — с его обобществленной моралью и невозможностью индивидуализма — и это равно касается лагерей и пионерских, и концентрационных. Ведь когда нет личной морали, то нет места и личной совести — и тогда ты ни за что не отвечаешь лично. ("Если нет Бога, то все позволено").

Однако есть и другая правда этого же времени: даже в начале брежневского застоя (помните?) не только в селах, но и в городах люди оставляли открытыми двери, уходя в магазин. Не закрывали двери на огромных пространствах — и здесь, в Украине, и на Дальнем Востоке.

Разве не было воров? Были, конечно. Но вот чего не было, так это сегодняшней уверенности в том, что ВСЕ воруют — а если не воруют, значит, пока не имеют возможности.

Лагерное детство плавно перерастает в молодость девяностых — беспредел продолжается, но теперь уже не за колючей проволокой, а на вольной волюшке. Идет стремительное сращение бизнеса и политики с криминалом. Правоохранительные органы одной рукой борются с беспределом, а другой лапой гребут — и от бизнеса, и от политиков, и от "авторитетов". Общество в материальном плане все сильнее расслаивается, а в моральном — как раз наоборот — снова уравнивается и дружно живет по общим "понятиям". Вот и выросло, как на дрожжах, это всемогущее "ВСЕ так делают", это аморфное тесто, где мы по-прежнему равны — и тот, кто берет взятку, и тот, кто ее дает.

Сегодня, пока "тесто" по-прежнему безмолвствует, некоторые шаги предпринимает... Служба безопасности Украины. Недавно в Одессе она начала "трясти" таможню. Предварительно глава СБУ Валентин Наливайченко обратился к народу: "Я хочу, чтобы нас услышали и бизнесмены, и граждане, которые имеют отношение к внешней торговле, к операциям, связанным с таможней. Мы просим всех не платить взятки и помочь нам навести порядок, прежде всего — среди стражей порядка и работников таможни. Спецоперация, которая началась, будет продолжаться достаточно долго и коснется не только СБУ, но и всех правоохранительных органов, где дошло до того, что торгуют должностями", — сказал председатель СБУ.

С подобной просьбой — помочь — в Генеральную прокуратуру и Министерство внутренних дел обратилось Министерство образования и науки Украины. Речь идет о нарушениях при зачислении на учебу в 32 высших учебных заведения и о преступлениях в сфере служебной деятельности. Само министерство, видимо, уже не в силах справиться с массовыми нарушениями. А как же справиться, если само население поддерживает воров? Это ведь мамы и папы абитуриентов "развратили" своими взятками просвещенческую элиту.

Зачем далеко ходить? История с бывшим народным депутатом Лозинским, объявленным в розыск, холодит кровь. Напомню, 16 июня в Головановском районе Кировоградской области произошел страшный случай с участием народного депутата Виктора Лозинского, прокурора Головановского района Евгения Горбенко, начальника райотдела милиции Михаила Ковальского и гражданина Валерия Олийныка с применением огнестрельного и холодного оружия, в результате чего 55-летний Олийнык погиб.

Апофеоз: три начальника и один гражданин! Начальники все живые, а вот гражданин — мертв...

Но ведь до этой трагедии, раньше, были целые годы беспардонного хамства одних и покорного молчания других. Была передача в пользование Лозинскому 26,4 тис. гектаров охотничих угодий — и только теперь, после трагедии, Генпрокуратура сообщает, что это было сделано "с грубыми нарушениями" закона.

Один хапает угодья, другой отгораживает себе отдельный выход к морю, третий заграбастывает себе заповедный мыс Айя — ну берегитесь же! Рано или поздно бессловесный народ станет гражданским обществом — и тогда вам, выражаясь вашим языком, — ХАНА.