автор: Лана Недетская
16 января 2009
“Следователь сказал — если бы не я проводил проверку, никогда бы не поверил, что первый зам может так жить!” — говорит Татьяна Канна.
Один из немногих "оранжевых" руководителей, попавших на госслужбу в Донецкой области после Майдана, Иван Георгиевич Канна был задержан в мае прошлого года. На тот момент он исполнял обязанности главы Старобешевской райгосадминистрации Донецкой области. Операцию проводили сотрудники ГУБОП Киева и Генпрокуратуры, которые пытались захватить Канну еще 16 мая. Но в тот день, по информации, распространенной пресс-службой ГУБОПа, подозреваемый оказал невиданное сопротивление, в результате чего ему удалось скрыться и находиться в бегах еще несколько суток. Уходя от преследования на служебном "ДЭУ-Ланос", Канна протаранил шесть автомобилей, блокировавших дорогу, сбил рекламный щит и травмировал юную дончанку этим щитом. Оговорюсь — все это: если верить главе пресс-службы ГУБОПа Елене Мельник. По утверждению той же госпожи, во время погони из автомобиля Канны вылетел пакет с веществом, похожим на марихуану. Генпрокуратура Украины возбудила уголовное дело по факту получения взятки, эквивалентной 47 тысячам долларов — Канна вымогал и получил эти деньги в качестве "благодарности" за содействие в выделении двум гражданам земельных участков площадью 3,6 гектара.
Мой журналистский опыт заставляет усомниться в достоверности упомянутого источника. Как правило, правоохранители торопятся раскрыть все "тайны следствия" и безапелляционно называют подозреваемых преступниками, не дожидаясь выводов суда, не скрывая должностей и имен, лишь в одном случае — когда им необходимо ввести общество в заблуждение. Так же, как в данном случае — именно с подачи мусоров 21 мая 2008 года информагенства Украины раструбили, что Печерский районный суд Киева вынес решение о взятии под стражу заместителя председателя Старобешевской районной государственной администрации Донецкой области Ивана Канна за получение 250 тыс. гривен взятки. Именно когда "борцы с преступностью" чувствуют слабость своей позиции, и возникают выброшенные пакеты с марихуаной, а также сбитые девочки, следы которых по прошествии времени теряются, а негативный фон, сознательно созданный по отношению к людям, попавшим под милицейский каток, остается.
Подтверждением этому служит рассказ Татьяны Канны, которая обратилась в редакцию:
- Сначала муж позвонил мне: “За мной гонятся бандиты.” Потом 16 человек делали у нас обыск, после которого я 15 дней пролежала под капельницами с инсультом. Дома денег никаких не нашли и в обвинительном заключении они не фигурируют. Cледователь ГПУ Шеманев Глеб Вячеславович сказал: “Если бы я сам не проводил проверку, никогда бы не поверил, что первый зам администрации района может так жить”. Они думали, что поймали золотую рыбку, а увидели, что у нас нет удобств в доме — туалет на улице... То, что муж сбил рекламный щит и задел ребенка — абсолютное вранье, выдумка, услышав которую я чуть не умерла. Мы всегда жили бедно, перебивались, растили поросенка на продажу, а сейчас я чувствую себя плохо и мы с ребенком без средств, нет даже на проезд. Пока муж работал в администрации, по 30 человек на прием к нему ходили, и все в округе, кого ни спроси, считают, что подставили Ивана, и больше ничего!
Дело возбуждено 15 мая 2008 г. по факту получения взятки должностным лицом (ч 2., ст 368 УК). Проверка проводилась по заявлению Ш. и еще двух человек, один из которых якобы давал взятку, а другие посредники.
- Это все подстава и свидетели подставные, — говорит Татьяна Канна, — Эти люди обвиняют его — якобы они хотели взять участок в 3,5 га, а Иван Георгиевич попросил 50 тысяч долларов. Но это нереально — не стоит столько этот участок! Это же свалка Комсомольского рудоуправления, при том, она уже была оформлена на других людей, и выделить этот участок кому-то другому было невозможно.
Супруга уверена, что дело сфабриковано в связи с партийной работой, на момент ареста Канна был местным лидером Батькивщины. Но однопартийцы открестились от Ивана Георгиевича в трудную минуту. Едва его забрали, уже на 2 день он оказался исключен из партии.
- С февраля месяца велось прослушивание и слежка — об этом говорится в обвинительном. А все началось, я думаю, с партийной точки: в феврале прошла партийная конференция, где он поддержал нового лидера — Задирко, а вторым стал Волков, которого обвинили в продаже мест. Все задумано с целью убрать его, на этом месте он кому-то мешал, — уверена Татьяна Канна. — Когда его назначали в администрацию, 15 рекомендаций было. Сначала он был в НУ, работал в антимонопольном комитете. А потом начались перестановки. Пробыл на этом месте 2 года, всего себя посвящал работе. “Ланос” ему дали подержанный, а до этого ездил на своей 20-летней “Волге”. С 16-го места на первое поднялся район за время его работы, а глава райадминистрации даже не помог нашей семье. Нищенствуем, в отличие от того человека, что якобы был посредник при взятке — у того есть и заправка, и кафе, а у нас ничего. Адвокат сказала, что доказательств нет, но, если заплатили, чтобы мужа посадить, то уже никто не поможет.
Канне грозит от 8 до 12 лет лишения свободы. На вопрос — зачем убегал, если ни в чем не виновен, Татьяна Канна отвечает:
- Его гнали в Донецк. Когда в Старобешево он подъехал, один из этих людей (не в милицейской форме, так что невозможно было понять — кто он) стал выбивать ему стекло в машине, а из другой машины кто-то бежал на встречу с пакетом (и потом не удивительно, что они его обвинили, будто наркотики выбрасывал из салона). Так что он испугался, и было от чего! Он решил, что надо убегать, и любой бы искал защиту на его месте…
Татьяна Канна говорит, что ее муж сначала сидел в Киеве в одиночной камере, а затем был переведен в СИЗО Донецка, но за все время она не могла добиться свидания с ним. Увидела мужа только 8 декабря, когда его привозили в Ленинский райсуд, чтобы вручить обвинительное заключение. По ее словам, только после того как подписала протокол допроса, следователь сказал, что есть 63-я статья Конституции, на основании которой она может отказаться от дачи показаний! Иначе супруга могла бы быть общественным защитником, а не свидетелем. Сейчас обвиняемый Канна находится в тюремном лазарете, у него больное сердце.
По мнению донецкого журналиста Анатолия Герасимчука, лично знакомого с Иваном Георгиевичем, заместитель главы Старобешевского района — жертва жестокой политической разборки. Его история напоминают другую — историю замглавы Приморской райадминистрации города Мариуполя Быстрая. "В 2005 году, когда перед мариупольской организацией УНП встала задача выхода фактически из подполья на новый уровень работы уже в статусе правящей партии, было принято решение обратиться к заместителю главы Приморского района Александру Быстраю с предложением вступить в УНП и возглавить городскую организацию. Тот, после взвешивания всех "за" и "против", такое согласие дал. Но наступили выборы 2006 года, и послевыборные разборки. В результате на Быстрая открывается сфабрикованное дело, работники УБОПа геройским штурмом взламывают ему двери в квартире, ничего не находят, но под угрозой ареста Быстрай вынужден, в результате, скрываться. Где он сейчас, его знакомые не знают" — рассказывает Герасимчук.
Через адвоката Иван Канна попросил нас передать просьбу к журналистам и правозащитникам. Придите в Ленинский райсуд г. Донецка 19 января в 11 часов и лично убедитесь в "обоснованности" предъявленного обвинения.
14.01.2009
