Заместитель министра внутренних дел: "Ни одному политику не следовало бы призывать людей к агрессивным и радикальным действиям"

Начальник милиции общественной безопасности Александр Савченко накануне дня милиции Украины

- Партия регионов заявила, что с 17 декабря в Украине начнутся массовые забастовки. Лидер партии Виктор Янукович заверил в готовности "поднять всю страну", если за 100 дней власть не преодолеет кризис… Готова ли милиция общественной безопасности к такому "удару", не ухудшит ли это и без того усложнившуюся криминогенную обстановку в стране?

- Я не думаю что после того, что пережила милиция в 2004 году, она не справится... Тогда государство ощущало эйфорию и лелеяло надежду, но милиция пережила один из самых тяжелых периодов своей работы. С одной стороны, была масса людей, с первого взгляда ни кем не организованных, с другой стороны, у милиции кроме идеи было задание — не допустить каких-либо проявлений радикализма или элементарного группового нарушения общественного порядка. Мы справились, и та ситуация дала нам определенный опыт. Сегодня мы можем не бояться, — у нас нет оснований бояться каких-либо больших групп граждан или каких-либо выступлений с социальными или другими требованиями.

Почему я так говорю? В тех массовых акциях, которые будут с 17 декабря в регионах и якобы 23 декабря в Киеве, нам известен организатор. Когда организатор массовых акций нам не известен — это очень плохо. На сегодняшний день это известно — к счастью, они себя афишируют и правильно делают. По действующим законам они тоже отвечают за результаты проведения своих акций, и, понятно, что именно они, в первую очередь, заинтересованы в том, чтобы акции протеста прошли мирно.

Мы не говорим о том, хочется нам или нет, чтобы эти акции проводились. Есть права, предусмотренное Конституцией. По большому счету, присутствие большого количества людей на улицах еще ни о чем не говорит. Это просто граждане, которые пришли высказать свои определенные требования, какие-то идеи или пожелания. Проблема может быть только в одном: когда к этим гражданам, которые стоят толпой на улице, проникнут радикально настроенные лица а, возможно, и провокаторы. Тогда это уже другое дело…

Милиция поступает таким образом. В каждом коллективе, который выезжает, к примеру, в столицу, есть организаторы, помощники или руководители групп. Мы сотрудничаем даже с теми людьми, которые руководят небольшими группами участников какой-либо акции. Среди граждан, участвующих в акциях, много наших сотрудников милиции. Они могут быть как в штатском, так и в форме, и все они отслеживают ситуацию. Конечно, мы не скрываем того, что у нас работают группы документирования и видеофиксации. Все происходящее на мероприятиях изучается в режиме on-line. Если нам не удастся предусмотреть поведение в таких коллективах, тогда да — могут быть и проблемы. Но мы обязаны все предусмотреть — гласными и негласными методами работы. Если это нам удается, — в принципе, десятки лет нам это всегда удавалось — то результат будет предвиденный, прогнозированный и позитивный.

Много будет людей или нет — это не имеет большого значения. Значение имеет только одно — ощущать все происходящее как единый организм — чем он дышит, как живет. Это дает нам возможность правильно выписать свои действия, чтобы они не могли спровоцировать каких-либо агрессивных противодействий толпы. Должны быть абсолютно дружеские и душевные отношения. Это в первую очередь!

Что может произойти, когда организаторы вдохновляют толпу на определенные радикальные действия: "блокируйте то и то"?… Ну, практически все действия, которые выходят за рамки не только здравого смысла, но и нормальной логики — они, как правило, все прописаны в Уголовном кодексе. В частности, это ответственность за блокирование государственных предприятий, транспортных магистралей, за групповые нарушения общественного порядка, за захват объектов, которые влияют на жизнедеятельность…

Чтобы люди не совершали таких действий, мы им поясняем и рассказываем об ответственности за нарушение закона. Так, милиция идет в коллективы, которые планируют участвовать в акциях. Если, к примеру, люди едут из региона в Киев, то мы на выезде с постоянного места их проживания проводим работу с организованными группами, которые отъезжают, и аналогично действуем по приезду на место проведения акций — предостерегаем о возможной ответственности. Потому что доказать негативную роль организатора намного сложнее, чем доказать действия конкретного человека, которые попадают под признаки преступления.

Мы в последнее время видим заявления чиновников с экранов о том, что, мол "мы поведем людей и захватим" (А.Савченко имеет в виду также и заявления секретаря Киевгорадминистрации Олеся Довгого о том, что в случае повторного отключения газоснабжения в столице Блок Леонида Черновецкого выведет людей пикетировать Кабмин и "Нафтогаз" — ИФ). Одно дело — сказать от себя. Другое — призвать всех людей. Люди, конечно, могут, уважая такого лидера, наивно думать, что он прав и забывать о том, что закон не может оправдать того человека, который послушал своего авторитетного лидера!

- Может, целесообразно обратить внимание высокопоставленных лиц государства на то, что не нужно делать таких заявлений?

- Ни одному политику, в принципе, не следовало бы (я думаю, что они не имеют такого права, а они считают, что имеют!) призывать людей к агрессивным и радикальным действиям. Это прямые призывы. Если на них посмотреть предметно, то они уже содержат в себе признаки определенных нарушений, даже, возможно и преступления. Я не обращаюсь сейчас к политикам — это их право… Наверное, они ощущают какую-то поддержку народных масс или руководителей — меня это не интересует. Меня интересуют только люди, которые могут наивно понять сказанное и сделают такие действия, о которых потом будут жалеть. Если люди готовы слышать своих лидеров, то они должны уговаривать их и даже требовать договариваться с оппонентами и решать проблемы мирным путем.

- Сама фраза "Мы поднимем все страну" несколько пугает...

- Граждан она может и пугать, но профессионалов, которые должны обеспечить общественный порядок, она должна насторожить и вынудить очень внимательно к этому относиться и детально расписывать свои служебные планы — как подготовить личный состав милиции, что милиции следует делать и как.

Конечно, мы не должны оставлять такие призывы без внимания. Милиция имеет право обращаться с официальными предупреждениями о недопустимости таких действий. Конечно, если будут продолжаться подобные заявления, стопроцентно, будут официальные предупреждения от МВД. Это будет решать министр. В любом случае, мы имеем право официально обращаться к высшему руководству государства — к президенту, премьер-министру, главе Верховной Рады, чтобы они отреагировали определенным образом на такие заявления. Есть масса рычагов влияния на людей, которые бездумно бросают слова гражданам.

В принципе, это недопустимо. Если есть какие-то моменты несогласованности действий определенных правительственных организаций, то, наверное, надо сесть и договариваться, а не апеллировать к людям, а потом оперировать ими как игрушкой для того, чтобы кого-то где-то придавить. Сами по себе выступления не несут угрозы, но призыв к радикальным действиям — "захватим, открутим, закрутим, поломаем, заблокируем" — это, конечно, уже экстремальное поведение.

- Давайте поговорим о более приятном. Скоро новогодне-рождественские праздники… Милиция уже определилась с расстановкой своих сил, чтобы праздники не были омрачены, не дай бог, какими-то инцидентами?

- Речь даже не в расстановке сил. Расставить людей где-то, кроме Майдана Независимости, где будут народные гуляния, может и не имеет смысла. Мы знаем, что главная елка будет на Майдане, приблизительно знаем концертные площадки.

Милиции может быть больше или меньше. Они могут стоять в "цепочке" или будут в середине толпы на упреждение какие-либо агрессивных действий со стороны пьяных или тех, кто в состоянии наркотического опьянения, ведь такие могут беспричинно кого-то обидеть. Наверняка, будут и такие, что "выйдут на охоту", чтобы у кого-то украсть кошелек.

Конечно, весь отдыхающий люд будет под контролем и естественно, внимание будет обращаться на тех, кто ведет себя не очень адекватно.

- Насколько я знаю, патрулирование уже усилено?

- Да. Патрулирование уже усилено в связи с увеличением количества уличных преступлений. Пока на неопределенное время — сколько понадобиться. Но в праздники, то есть в те дни, когда отмечается Новый год, Рождество в местах массового скопления людей милиции будет намного больше.

- Так все-таки наблюдается всплеск преступности?

- Пока сейчас идет напряжение в связи с якобы всплеском преступности. Всплеска как такового нет. Есть определенный рост. Он был и во все года. Ну, может, в этом году он чуть больше в связи с кризисом. Даже не столько в связи с кризисом, а из-за того, что в стране паника. Кто-то слышит "о, всплеск" и решает: "ну, пойду и я тогда ограблю, потому что я когда-то что-то сделал, и для меня это безнаказанно прошло"… Тут мы работаем целенаправленно и ежедневно по увеличению нарядов в общественных местах на всей территории государства. А абсолютное увеличение сил милиции будет происходить во время массовых мероприятий, чтобы обеспечить безопасность граждан и их хорошее настроение.

- Сколько украинских милиционеров будут обеспечивать безопасность и, соответственно, наше хорошее настроение?

- Обычный вариант — мы задействуем по государству 30-35 тысяч. Будет необходимость — задействуем и 50 тысяч. Пока как таковых расчетов еще не делали, потому что мы занимаемся разработкой концепции обеспечения охраны общественного порядка. В частности, сколько организованных групп людей-детей поедет в Киев, чтобы их сопроводить. Решаем, как сделать, чтобы в каждом поезде были милиционеры, которые будут контролировать все происходящее в нем. То есть, мы должны увеличить патрулирование там, где находятся граждане, чтобы они могли в случае чего своевременно к нам обратиться, а мы могли своевременно отреагировать на это все.

- По вашим данным, количество гостей столичных новогодних праздников уменьшится из-за кризиса?

- Пока у нас таких данных нет. Но я не думаю, что менталитет украинца позволит сэкономить последние средства и не приехать попраздновать. Я далек от этой мысли.

- Как работает милиция по недопущению незаконной вырубки хвойных деревьев?

- Оперативные мероприятия уже начались, и они проводятся не только "по хвойным деревьям", но и по борьбе с незаконным оборотом пиротехнической продукции. Мы параллельно работаем. Задействованы наряды, выписан график службы. Понимаем, откуда эти насаждения берутся, но все леса перекрыть невозможно. Поэтому будем перекрывать торговые точки, где нелегально торгуют. Если не будет возможности продавать незаконно вырубленные деревья, то их просто нет смысла рубить. Разве что одно для себя. И то, в таком случае, как правило, попадаются. Все дороги "перекрыты", — на это нацелена не только патрульно-постовая служба и участковые инспекторы милиции. Тут большая нагрузка ложится на сотрудников Госавтоинспекции. То есть, сотрудники ГАИ переориентированы ближе к трассам, которые ведут к лесным массивам. Есть и определенные секреты в этой работе. Мы сделаем и отчитаемся, сколько предупреждено вырубок. Я никогда не горжусь "в нынешнем году мы задержали больше, чем в прошлом году". Ну и что — задержали? — деревья-то уже срублены. Значит, необходимо создать условия, которые не дадут возможности их сбывать.

Конечно, будут и соответствующие обращения к гражданам по поводу ответственности за незаконную вырубку леса. Хотя предупреждение — это такое… Если все время предупреждать, оно как-то не очень воспринимается.

- После введения ужесточенной ответственности за нарушения правил дорожного движения статистика говорит об улучшении ситуации на дорогах. Все ли так позитивно? Позволят ли огромные суммы штрафов улучшить финансовое положение милиции?

- Обвинять нас в том, что мы будем гоняться за штрафами, чтобы больше получить для себя, — неправильно, потому что нам предусмотрена фиксированная сумма от штрафов, а не проценты от них. Эта сумма не влияет на то, больше или меньше штрафов мы будем собирать. Почти за месяц работы мы выписали правонарушителям 90 с лишним миллионов гривень штрафов. Конечно, из них оплачена только третья часть. Но мы надеемся, что оплаты пойдут с нового года, потому что с 1 января начнутся техосмотры, а их нельзя пройти без оплаты штрафов.

Хочу напомнить, что пока мы работаем очень деликатно. Мы выработали себе приоритетные направления, по которым нужно спрашивать с водителя. То есть, это те нарушения, которые влияют на безопасность дорожного движения. Если кто-то ездит на "лысой резине" — я думаю, это не мелочь и может привести к негативным последствиям. Мы себе определили приоритеты, чтобы не прессинговать людей по всем нарушениям. Где-то можно и предупредить, где-то надо составлять протокол.

С января следующего года деньги от уплаченных штрафов будут поступать 50 на 50 в государственный и местный бюджеты. А сейчас мы общаемся с местными органами власти на предмет того, что деньги от штрафов, поступившие в местный бюджет, по идее должны идти только на улучшение дорожной инфраструктуры — освещение, пешеходные переходы, светофоры и многое другое. Уже в следующем году, когда мы соберем отчеты по штрафам, то будем знать, сколько органы власти предусматривают денег на то, чтобы обеспечить контроль за дорожным движением, в том числе и на установление фото- и видеофиксации.

Я абсолютно уверен, что местные органы власти будут выполнять свои финансовые обязательства. Я не думаю, что милиция в этом более сознательна, чем чиновники.

Говоря о фотофиксации нарушений, надо обратить внимание, что в первые дни количество зафиксированных камерами нарушений составляло около 15%, а сейчас камеры фиксируют в два раза больше нарушений правил.

Планируем до конца этого года закупить еще 350 "Визирей". Это те средства, которые определяют скорость автомобиля, и их данные являются доказательством в суде. Сейчас их около 100 штук, а когда мы еще 350 приобретем, то вы можете представить, сколько мы будем фиксировать.

А до 1 июля 2009 году хотим обустроить средствами видеонаблюдения за действиями инспектора 2700 патрульных машин ГАИ, чтоб мы могли наблюдать за действиями инспектора.

Пакет законов о дорожном движении усилил полномочия ГАИ, и сегодня можно даже взыскать штраф с тех служб, которые не обеспечивают надежное дорожное покрытие и своевременную очистку улицу.

- Как в целом вы можете охарактеризовать работу милиции общественной безопасности в 2008 году?

- Еще ни одна полиция мира не смогла сказать, что она справилась с преступностью... Позитивы есть. Если сухо подходить, то у нас в этом году снижение уличной преступности, снижение преступности в общественных местах. Меньше грабежей. Но за всем этим стоят люди. Все равно, те, у кого что-то украли, ограбили и тому подобное, а милиция это преступление раскрыть не смогла, они будут не довольны милицией. Сегодня очень большое количество преступлений не признается таковыми… К примеру, кража на сумму меньше 700 гривень. Возбудить уголовное дело нельзя. Это считается мелкой кражей в случае, если человека задержали. А если нет, то производство по таким делам не ведется. А простого человека не интересует, что Верховная Рада приняла такой закон…

Скажу, что в этом году было лучше — люди подумают, что я оторвался от жизни. Но мы можем сказать, что было меньше грабежей во время курортного сезона. Наверное, людям было спокойнее. Но это может наверняка сказать тот человек, который отдохнул и не получил негативных эмоций от того, что у него что-то пропало, что-то случилось. Эта категория оценки деятельности, которую нельзя потрогать руками. Мы должны исходить из другого — нас оценивают хорошо столько-то процентов граждан. Тогда это будет правильно. Если говорят, что в Киеве еще можно ночью пройти по улице, то это хорошо, потому что когда-то было и небезопасно.

18.12.2008